Возвращение

2014_02_18_004_01Ежегодно, приближаясь к Великому посту, мы слышим знакомые и любимые Евангельские притчи. Порой кажется, что все уже так известно, так привычно, что нет смысла вновь рассматривать глубину и важность повествования. Однако стоит остановиться, задуматься, попросить у Бога помощи в понимании, как, вдруг, обнаруживаются ранее незамеченные подробности.

Неделю назад перед нашим взором были мытарь и фарисей, и их молитва, такая разная, такая противоречивая. Один – фарисей – праведный по всем меркам Ветхозаветного Закона. Другой – мытарь – грешник без надежды, без права на любовь, а лишь с верой и покаянием. Это была притча о людях.

В неделю о блудном сыне мы слышим уже не только о людях. Перед нами раскрывается картина взаимоотношений человека с Богом. Вновь два человека: порядочный сын, живущий в доме отца, являющий пример уважительности и трудолюбия, и распутный транжира, обесчестивший семью, расточивший имение, предавший самое родное, что у него было. До момента встречи блудного сына отцом, все очень понятно и закономерно. Разгульная жизнь, полная мнимых удовольствий, неминуемо приводит молодого человека к нищете и одиночеству. Все друзья оказались лишь потребителями, требовавшими, как и он от отца, только средства для утех, готовыми опустошить и бросить без сожаления и оглядки. У него ничего не осталось, все кончено, мечты разбиты, дальше опускаться некуда. Этот юноша, как и мытарь, понимает, что не имеет никаких прав на возвращение. Он больше не сын, ибо отрекся от отца, не наследник, ибо все причитающееся ему уже взято и растрачено. Познав унижение, голод, отчаяние, грешник решается на самый позорный шаг: вернуться. Как страшно, наверное, ему было решиться пойти туда, где его должны презирать, как унизительно было проситься не в семью, а в работники. Видимо до самых глубин отчаяния дошла его жизнь, что он решился на такой позор.

Престарелый отец, очень хорошо понимающий, что творилось в душе приближающегося младшего сына, не стал упрекать, не напомнил ни словом о его бесчинстве. Он повелевает принести ему первую одежду, возвращая его тем самым к счастливому времени былого благоденствия и покоя. Можно представить, что творилось в душе отчаявшегося грешника. На пиру в честь возвращения блудного сына не было большей радости, чем радость отца и большей благодарности, смешанной со слезами, смущением и стыдом, чем благодарность сына.

Именно так принимает Бог нас, заблудших, предавших, опустошенных, отвечая на готовность вернуться.

И, как всегда, ложку дегтя в эту радость привносит человек. Олицетворение нашего жестокосердия, гордыни, неумения простить являет собой старший сын. Что парадоксально, до сего момента, безусловно, хороший. Страшная печаль охватывает его сердце, возникает обида на родителя. «Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козлёнка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; а когда этот сын твой, расточивший имение своё с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка» (Лк. 15; 29,30). Как странно: младший унижается настолько, что просит взять его работником, он понимает, как это будет позорно – ждать оплаты от собственного отца, стать ему чужим в глазах всех. Старший же, в состоянии обиды, готов потребовать платы за труды, поставить себя на место наемника! Это отношение праведного сына к возвращению блудного и сделало таким сложным для последнего шаг навстречу отцу. Именно такого приема он и ожидал, именно так поступаем и мы со своими близкими.

В преддверии Великого Поста, предлагая нам притчу о блудном сыне, Церковь просит задуматься: как я принимаю того, кто меня предал, обидел, лишил репутации тогда, когда этот человек вдруг возвращается и просит прощения? Не станет ли мое прощение новым унижением для него? Смогу ли я радоваться искренне, как ликовал отец?

Поступить правильно, промолчать и просто радоваться безумно трудно, но именно это, как следует из притчи, соделает нас подобными Богу. Этот путь тяжел, но ведет к чистой, бесконечной радости. Путь обид и укоров гораздо легче в исполнении, но во сто раз тягостнее в итоге. Печаль, уныние, чувство обделенности, тайная злоба и зависть будут проедать сознание, отравлять душу, лишат покоя и радости навсегда.

Как обычно, выбор пути Господь оставляет нам.

 

Иерей Димитрий Ильичев
Фото с сайта Православие.Ru